Интервью с «сатанистом»

heroinstop_002Недавно мы опубликовали разговор нарколога, президента Фонда спасения детей и подростков от наркотиков Владимира Иванова с нашими читателями по “горячей линии”. Ирина Ушерова спрашивала о якобы существующем в России запрете на использование методики Рона Хаббарда. Нарколог ответил, что официального запрета нет и что он сам использует методику реабилитации больных наркоманией, причем, очень успешно. Это вызвало неожиданный интерес читателей. Многие просят рассказать подробнее о программе “Нарконон”. Но самые гневные читатели задают вопрос: почему дают слово сатанисту. Оказывается, имя Иванова вписано в последний справочник об оккултных организациях в России. И там программа названа сатанинской. Корреспондент В. Хлыстун взял интервью у “сатаниста”

— Перед встречей я заглянул в Интернет. Ваше имя там встречается очень часто. Однако есть и такие сведения, которые порочат ваше имя. Так, некий Волков к страницам, на которых “Инкомбанк” сообщает о результатах своей спонсорской помощи фонду, “пристегнул” сайт, где заявляет, что господин Иванов, дескать, нехороший человек. Он, видите ли, обиделся на МВД и ушел со службы потому, что его не послали учиться в Америку. Понимаю, что это смешно. Но, скажите, чем вы обидели Волкова и других критиканов, что они не стесняются тиражировать гадости о вас?

Дело в том, что я работаю по методу Рона Хаобарда и пытаюсь спасать детей от наркомании. Причем, успешно. Может, поэтому противники Хаббарда считают меня сатанистом, сектантом и вообще нехорошим человеком? Не удивлюсь, если кто-то скажет, что у меня “звериный оскал”, а вместо зубов растут клыки… К сведению Волкова, сообщаю: в 91 году в составе разных делегаций я побывал в Америке 7 раз. А только потом ушел из МВД. Так что об этом и говорить не стоит. Нападки на меня делаются только из-за Рона Хаббарда. Ну, не нравится некоторым, что я разделяю его мысли.

— Вы хотите защитить Хаббарда?

— Думаю, ни в какой защите он не нуждается. Его книги изданы многомиллионными тиражами. Такого не удостоились многие известные писатели. В Лос-Анджелесе названа улица его именем. Во многих странах, в том числе и в России, работают сотни центров. Каждый человек имеет право сам познакомиться с трудами Хаббарда. Я же скажу о своем отношении не только к Хаббарду, но и к шумихе вокруг его имени. Ведь думающему человеку ясно: если на Хаббарда нападают, значит, кому-то это нужно. Есть тысячи псевдоученых, которые предлагают самые несуразные методы спасения человечества, но их никто не трогает. А тут… Кому же Хаббард наступил на мозоль, если нападки не прекращаются даже после его смерти?

— Я могу предполагать, что тут замешаны очень крупные деньги.

— Именно так. Лет двести назад появилась фармацевтическая отрасль. Началась химизация общества. На этом расцвел бизнес, дающий колоссальные прибыли. Их можно сравнить с теми, что дает производство оружия. Но вот какая деталь. За эти двести лет химизация жизни практически не продлила ее продолжительности. Я уже не говорю о том, что ни один долгожитель не станет хвастать, что дожил до солидных лет благодаря таблеткам. Здоровый образ жизни, то есть без лекарств, — это удар под дых для фармабизнеса. И все, кто борется против химических способов борьбы с болезнями, являются врагами фармабизнеса.

— Однако причем тут наркотики?

— Фармабизнес и наркобизнес в этом смысле “сиамские близнецы”. Только один живет легально, а другой — нелегально. В тени. Связь между ними очень тесная. Многие наркотически действующие препараты распространяются через аптеки. Они по сути готовят человека с малых лет к употреблению наркотиков. Оба бизнеса антигуманны, направлены против природы человека. Ведь ему Богом дано самостоятельно справляться с любыми недугами, не прибегая к химии.

Собственно, Рон Хаббард и выступил против этих монстров — “сиамских близнецов”. Его главная методика (Программа “Нарконон”) позволяет освободиться не только от наркотической зависимости, по и выбросить в корзину любые таблетки. Если бы программа была очередным блефом, нелепостью, фантазией, то никто бы не тронул ученого. Но оказалось, что метод Хаббарда дает очень хороший эффект. Детоксикапия, по Хаббарду, помогает освободиться даже от последствий радиационного поражения. И опять — без химии, без таблеток. Учение Хаббарда помогает человеку увидеть свои внутренние резервы и использовать себе во благо. Хаббард не делает человека “шибко умным”, он убирает барьеры, которые делают его глупым и невежественным.

— За что же тогда критикуют Рона Хаббарда его российские оппоненты?

— Главным противником Хаббарда я бы назвал отечественного критика с американским паспортом Александра Дворкина. Г-н Волков и еще два-три журналиста ему подпевают — не больше.

— Кто такой Дворкин?

— Не буду говорить о нем, как о человеке, — не знаю, да и не хочу опускаться до его методов критики. Однако многим известно, что этот господин состоял в экстремистской организации, которую в США запретили, а многих ее членов отдали под суд. После этого разгрома Дворкин вернулся в Россию и стал миссионером. Доводы его критических нападок вызывают по меньшей мере недоумение. Ни в одной из статей Дворкин не дает, например, анализа работ Рона Хаббарда. И вообще все критики обходят стороной прикладную часть учения, то есть методики детоксикации, очищения организма. Но самое главное: никто не говорит о прекрасных результатах детоксикации, хотя они налицо. Можно не разделять учения Хаббарда, но почему не использовать то, что приносит очевидную пользу. — его метод реабилитации наркоманов?

— Наверное, и это кому-то мешает!

-Конечно же! Программу “Нарконон” трудно критиковать, поскольку на сегодняшний день она самая эффективная, самая простая и легко поддается тиражированию. 70 процентов больных наркоманией после ее прохождения полностью выздоравливают. И это не все. Ни один американский студент, который прошел “Нарконон”, не торгует наркотиками и не становится преступником. Ники Хопкинс, Лиза Пресли, Боб Андерсен и многие другие вылечились только благодаря этой программе. Очень серьезный удар по наркобизнесу и фармабизнесу. Ведь программа не использует лекарств…

— К чему же апеллирует г-н Дворкин и иже с ним?

— Он советует вообще не читать Рона Хаббарда. Доводы? Например, такой. Якобы, родной сын ученого считал своего отца шизофреником. Если прислушаться к такому совету, то из образовательных программ надо выбросить Гоголя, Достоевского, Мопассана, Бодлера — все они были чем-то больны. Но тут оппонент не знает сути. Да, сын назвал отца шизофреником. В книге. А вот в американском суде он признался, что оклеветал родителя — хотел побыстрее получить наследство.

Другое “обвинение”: в центрах Хаббарда и у нас в Фонде спасения детей и подростков от наркотиков, дескать, из россиян выуживается секретная, шпионская информация и передается ЦРУ. Ну, что тут скажешь, какую информацию выдают мне наркоманы-подростки?

— А не проще бы было Дворкину обратиться с заявлениями в суд, в ФСБ, если он подозревает вас в государственной измене?

— Но тогда этот бред не вызовет никакого общественного резонанса,

— Но я лично слышал из уст высокого чиновника из российского Минздрава: хаббардовская технология, якобы, может зомбнровать пациентов и делать их сектантами. Есть ли в этом резон?

— Обвинения несостоятельны — Мировой опыт психологии опровергает саму возможность зомбирования человека. Ведь не надо забывать, что зомбирование означает воскрешение из мертвых. Будто этого не знают противники Хаббарда! Но им неймется. Чтобы нагнать побольше страха, многие к слову “секта” добавляют определение “тоталитарная”. Расчет на то, что у российских граждан к этим словам очень негативное отношение. Из-за коммунистического прошлого. Между тем, секта — это организация людей, группа единомышленников. Напомню, что христианство тоже начиналось с секты, то есть с группы людей. А тоталитаризм означает элементарное единоначалие. Без дисциплины, без четкого выполнения указаний врача даже грипп трудно вылечить. Вот почему программа реабилитации наркоманов требует от пациентов точного выполнения указаний наших сотрудников. Что тут опасного’

— Но метод Хаббарда все-таки запрещен в учреждениях госмедицины. Почему его так боятся в Минздраве? Можно описать суть программы, раз она проста?

— Методика детоксикации заключается в обычном потении. С древнейших времен люди парятся и с потом выгоняют из себя токсины. У нас тепловые ванны строго дозированы. Никаких лекарств мы не даем. Пациенты получают витамины, магний, кальций, пищевые добавки.

— А почему так долго нужно париться — до 35 дней подряд?

— Наркотики проникают в жировые клетки мозга. Чтобы их оттуда убрать, надо потеть, пока клетки не обновятся. Только тогда исчезнет зависимость от наркотиков. Методики детоксикации, которыми пользуются врачи госучреждений выводят наркотики лишь из крови и частично из ткани тела. После такого курса наркоман только и ждет, чтобы снова уколоться, восполнить запас наркотиков в организме.

— Значит, вы “прополаскиваете мозги”?

— Каламбур, принимаю, но с оговоркой: пока мозговые клетки не станут чистыми, нельзя и надеяться на освобождение от наркотической зависимости.

— Вы говорили, что таким способом можно выпарить и радиоактивные вещества. Так ли это?

— Примером могу служить я сам. Я работал в Чернобыле и подвергся облучению. А после этого был похоронен официальной медициной. По ее расчетам мне оставалось жить месяца два-три. А я перед вами и на здоровье не жалуюсь. Без натяжек: меня спасла программа детоксикации.

— Парилка?

— И ее запрещает Минздрав? Ведь у нас столько людей страдает после чернобыльской трагедии?

— Как ни парадоксально, но факт. А запретил использовать методику в госучреждениях бывший министр Царегородцев. Деньги же, выделяемые на лечение тех же чернобыльцев, тратятся впустую. Об этом писали газеты. А на лечение наркомании бюджет вообще ничего не дает. И кстати, не только из-за бедности. Но еще и потому, что наш Минздрав убедил госчиновников:

наркомания неизлечима. Кто же будет тратить деньги впустую. Правда, сейчас положение меняется. Многие ученые, практики, наконец, и сам Минздрав рекомендуют методику Хаббарда, но без упоминания его имени. Недавно главный нарколог страны запросил нашу методику (читай методику Рона Хаббарда) реабилитации наркоманов. На предмет оценки эффективности…

— Но я знаю, что у вас недавно работала комиссия ученых из Московского юридического института. Каковы ее выводы?

— Вот они: “Эффективность метода составляет 72 процента и подтверждается регулярными катамнестнческими обследованиями. Экспертное медицинское обследование пациентов до и после программы показало значительное улучшение их физического и психического состояния. Программа не несет какой-либо угрозы как физическому, так и психическому здоровью пациентов и позволяет полностью разрешить проблемы, связанные с употреблением наркотиков”. Это только один документ. А их сотни. Все, кто знаком с программой, считают ее самой перспективной…

— Да меня не надо убеждать. С “Наркононом” я знаком не понаслышке. Разговаривал с десятками сотрудников и пациентов. Видел спасенных вами подростков, писал о них. Общался с родителями бывших наркоманов — их благодарность бесконечна. И не возьму в толк: почему вам не дают нормально работать, кому все-таки мешают результаты этой прекрасное работы?

— Наркобизнесу.

— Но ведь вас обвиняют в “сектантстве” не кто-нибудь, а Московская патриархия! Вы не собираетесь обратиться в суд?

— Нет. Я православный, верю в Бога. Так что, клевета мне не страшна.

— Сильно мешают вам работать ярлыки сектанта, сатаниста и так далее?

— Да. Вот последний случай. Наш фонд совместно с “Овацией”, фирмой “Русское золото” и другими организациями готовил акцию — международный фестиваль песни “Живи без наркотиков”. Рок-концерт должен был пройти в Лужниках. Инициативу поддержали семь министров правительства Москвы. Собранные средства и спонсорские деньги предполагалось направить на поддержку программы “Нарконон”. Надо строить центр реабилитации в Одинцове. Местные власти даже земельный участок выделили. Сейчас фонд обитает в подвале Но вдруг узнаем, что фонд исключен из числа организаторов, а средствами распорядятся чиновники из городской мэрии. Правда, мы надеемся, что мэр Лужков все-таки разберется и одернет своих подчиненных…

— Тогда, Владимир Иванович, последний вопрос: с чем труднее бороться — с наркоманией или с бюрократизмом?

— Наркомания излечима, а бюрократизм вряд ли.

Газета «Я телохранитель»

Комментарии закрыты.

Лицензия